Мы вернулись домой

Rom: г-н Родился 5 лет до начала войны в Miechowicach, сегодня является одним из районов Бытом. Вы были гражданином Рейха, и много лет спустя, завоевавших медали на польском языке. Вы не сменить место жительства, но вы изменили национальность. Как вы относитесь к Польше и орел на рубашке?

Йозеф Шмидт: "Я Силезской, пошли первые течение четырех лет немецкой школе, мой первый язык был немецкий. После польского ничего не понимал. Когда в 1945 русские вошли в Силезии, не хочу, чтобы мои родители никуда, потому что у них был свой дом. Я начал изучать польский после войны. Во всяком случае, она была более чем польская Силезский язык. Совершено на прочность нас, поляков.

мое имя было проблем. С Иосиф стал Иосиф. Но мой старший брат, бегун, известный под именем Эдвард, был крещен как Эберхардт и сестра Ирэн Ингеборг. Это должно быть принято. Меня зовут первоначально написана на немецком языке: Шмидт. Но он счел более уместным будет другой форме: Шмидт. Начало польский, немецкий конца. Орел на рубашке, которую вы говорите, что польский орел, который я почувствовал больше всего во время конкурса, когда мы должны были выиграть все, и особенно русинском языке. Потом я почувствовал наиболее полюса.

россиян потеряли с вами в двух Олимпиадах, в Риме и Токио. Когда последний прыжок в Токио, победив Олег Fiedosiejewa, вы также считает, что русский

Токио боролся с миром спорта и неспортивным, и с его собственной слабости. Тем не менее я не хожу, из-за серьезной травмы колена. У меня было в июне и Олимпийских играх состоялся в октябре. Первоначально на территории всей Польши говорить о моей травме, я изучал крупнейших специалистов и даже профессор Адам Gruca операции, проведенной в лицо в Варшаве. Это был фантастический врача. Операция прошла успешно, но время убежал. 1 августа мяч покинул больницу. Олимпийский-офф остались два с половиной месяца. Я видел, как люди теряют веру, что Шмидт может быть что-то другое. Человек одинок в таких ситуациях, медленный переулок, по своему усмотрению.

Даже тренер

Тадеуш Starzyński, с мнением авторов польской школы тройной прыжок, он потерял веру

, вероятно, где-то тихо верили, потому что это был его хлеб. Но чем ближе Игры, тем меньше шоу. Тренировал ребят ушла от меня. Ничего вы не сделали это, потому что я всегда был независимым. Не могу сказать, что я обеспокоен, но никто мне не поможет. Я на поезд, и мне никогда не задумывался, что защищать золотую медаль, так что не один я в этой вере не поддерживается. Ассоциация хотела бы знать, насколько целесообразно включить меня в олимпийскую команду, а некоторые за шесть недель до совещания в Токио послал меня в Италию. В каждом из этих лет было привлечение зарубежных поездок, так что трудно было отказаться от нее. Медленно, я начал с 15 метров, и я увидел ноги становится толще. Я чувствовал, что это может плохо кончиться, и после скачка 16 метров в отставку. Но я знал одно: что было и как коротко подготовку, они были до моего спайки навсегда. Я не знаю, что ждет меня в Токио, но я хотел бы пойти. Пусть происходит то, что он хочет. Время, быть и умирать. Я не знаю, чем он тогда думал, авторитет, но попросил меня заявить, что я ботинок под свою ответственность.

соперников, вероятно, также знаете, что вы не в состоянии сделать им бороться ...

я так думаю. Тем более, что я пошел и практикуется с повязкой на колене. Но я решил, что будет бороться в финале олимпийского повязку, и я взял его, прежде чем покинуть стадион. Незадолго до конкурса пришел ко мне один из русских, прося рода доброты, что я показал ему рубец после операции на колено распухло. Я думаю, когда мы увидели ее, очень спокойный. Ну, я выиграл, победив всех в последний прыжок. Hirochito император пригласил меня к себе самолет, чтобы перейти к шоу Хиросимы и Fujijamę. После возвращения премьер-министра Йозефа Циранкевич я украшали ордена Знамя Труда. Опять же, я был героем для всех, и потом я слышал, что все поверили в меня. Но моя вера в все, что было вокруг, поменьше.

Как вы поняли, что у вас есть исключительный талант?

Благодаря моего старшего брата. Эдвард был, как спринтер, он путешествовал часто в различные лагеря, а потому что мы жили рядом с лесом в Рокитнице, тренировал там. Я не интересует вообще. Я работал в гаражах, встал в пять утра, чтобы получить работу на трамвае, и не жаловался. Но брат не хотел заниматься самостоятельно, всегда говорил мне: ты, мужик, можно попробовать. После того как вы пытались, было установлено, что соответствует его расы, и я лучше прыгать. Что у тебя в ногах, это невозможно, - сказал брат, но я не убедил. Вы с вашей стороны, и у меня есть. Просто мысли, но мой брат поступил в разделе "Гурник Забже легкой атлетике, потому что он хотел попутчик в поезде. Я вставал в пять часов утра, то его работа, утомительные путешествия через Силезию и вернуться на родину около 23

, когда он пришел момент, когда вы сказали: вы не должны работать, вы можете взять только тренировки

Только в конце своей карьеры. Первое олимпийское золото медаль в Риме, ничего не изменило. Как правило, в семь утра, работающих в завод горных машин. Мы все знаем, что спортсмены работают на левом. В CWKS Варшава, гвардии милиции. Только не мне. И только мой директор, активист, пытался, я пришел на работу в десятом и из 14). Но сначала мы все должны увидеть олимпийскую медаль золото.

Вы играли на горняков? Но игроки не должны работать.

Но это игроки, в другой мир.

знал г-н Эрнест Поля, Станислав скользкий, Владимир Lubańskiego, Зигфрид Szołtysik? Ты был моим коллегам клуба.

Я знал их, но ничего об этом знания, я не могу сказать. Я тренировалась перед матчем, а иногда и остался к ним на поле. Они много popularniejsi Забже, чем я. Польский чемпионат по футболу значило больше, чем олимпийский чемпион в тройном прыжке. Тем более, что стальной шарик всегда политиков, и я не укладывался в кто-то там. Это был политический вопрос. В один момент, что в один прекрасный день я услышал через громкоговорители, что я должен покинуть стадион.

Кто вам сказал, где? Олимпийский Мастер

Это было на стадионе в Кракове, я не помню. По случаю 600-летия Ягеллонский университет, там произошло спорта. Две недели назад ко мне пришел журналист, дочь или дочь известного политического деятеля в Силезии, кроме того, видимо, порядочный человек. Она спросила меня, глупый вопрос: Почему я иду на выборы и голосование по коммунистической партии? Это я сказал, что: а кто мне голосовать? В конце концов, ни другой стороне. Может быть, я проголосовали бы за другого, если оно было, но есть только один участник. И не разразился скандал. Потому что от этого бреда право оскорблять меня. И, как власти, она пошла вниз.

каких обстоятельствах вы убеждены, об этом

только в Кракове. На соревнования пришли ко мне и сказал активист Г-н Шмидт, манекен, если вы прыгаете, поэтому этот результат не будет засчитан. Текущий было Starzynski тренер и мои коллеги, в том числе Джек Jaskulski, которые соревновались в скачках. Я иду к ним, и все они отворачиваются. Я звоню тренер, и он чуть не убегает. Я не понимаю, что происходит, но я вижу, что-то неправильно. Наконец, он пришел ко мне несколько другому человеку, я не знаю, идет ли речь о конкуренции судьи, активист, политик или доносчиком, возможно, все в одном. И он говорит г-н Шмидт, не прыгай вас. Пожалуйста, оставьте на стадионе. Я скажу ему, что после того, как вызов. Там вы не пригласили. И тут через громкоговорители сообщить, что Йозеф Шмидт попросили покинуть стадион.

И все это произошло после Олимпиады в Токио, где он выиграл Пан для второй золотой медалью Польско

Да. Я уже был двукратный олимпийский чемпион и я медаль Циранкевичем. Я тяжело, но в таких случаях приходит разочарование. Вы видите, что все идет не так, и у вас есть что-то делать с собой.

спорта, и ничего не бросит тебя, в дополнение к медали и воспоминания, это не было?

Мало кто из моих наблюдений после этих выборов przylepiono о моем исправления и даже спустя несколько лет они не согласятся, чтобы я лучше работать. Но другие спортсмены были только должности один раз в месяц они получали зарплату, хотя они и не хорошо знаем, где их магазин. Я пошел в министерство горнорудной промышленности, а я говорю: "Господи Jozek, мы не можем сделать что-нибудь для вас. Я говорю, что я работаю слесарем в нижней части, верхняя часть, все, потому что мне приходится жить на что-то. Не удалось. У меня не было денег. Поддерживает мою жену, которая работала в больнице, а по вечерам рисовал для Mostostal.

Затем подумайте

страны уезжать?

Да, но мы не могли. В период с 70). Многие эмигрировали из Силезии в Германию. Для семей или удачи. Вряд ли кто на законных основаниях. Так что, когда он неоднократно отказано в праве на отпуск, я решила сделать, как все. Я имел запах Силезии, я хотел бы дышать свежим воздухом. В 1975 выкуплен в поездке на футбольный матч Нидерланды - Амстердам Польше. Каким-то образом избежали службы оповещений, я отправился в порядке я бы, а затем я взять с собой жену и детей. Нет у меня не было конкретных планов. Но, к сожалению, произошло. На стадионе во время матча, упал с лестницы, так что, к сожалению, врач было необходимо. Это было просто и той же ноги, в котором профессор Gruca удалить мой кисты яичника. Он чистил весь колено, но потом кто-то другой не делал заблокировать startami и представил бактерий. С тех пор я колено проблемы.

Тогда в польских газетах появилась информация, что олимпийский чемпион, он бежал в Германию. И как он бежал, то неявно предателем.

, что они пишут? В самом деле, я убежал, потому что я уже достаточно этого бессилия, унижения со мной, постоянная нехватка денег дома. Было такое время скольжения. Если бы я знал, кто я увидел, бросил к его ногам, и он поедет в лицо. Кацик участника или на автобусе. Но я не знаю, кому дать. Не было доносчиков. Podpadłeś, это не вы.

Тот мир, на Западе, встретились ваши ожидания?

А там, где

. Я встретился с вентилятором на игру из Силезии, которые вышли из Польши и жил неподалеку от голландско-немецкой границы. Он узнал меня и решил помочь. Он сказал, что подруга в больнице в Германии, чтобы занять меня. Но я не мог поехать в Германию, потому что у меня не было визы. Но даже если границы охранялись. " Он посоветовал мне пойти в немецкое посольство в Амстердам, и он пошел домой. Я только что портфель, одна смена белья, полотенце. 100 приобретенных перед отъездом долларов на черный день спрятал глубоко. Савин эти деньги, не очень ел два дня. Если бы я дал им в гостинице не могло быть ничего. Я спал в ночь приюты для бездомных в Амстердаме. На самом деле я не спал, поскольку Есть такие различных типов, наркоманы ... Утро холодной водой, и плескались в города. Что мне теперь делать? Ходила в милицию и сообщил, что у меня с немецким посольством. Она была там, никто не знает где. Я пошел пешком.

Если бы я знал, кто бросает бревен в ногах, я бы и дал в морду. Кацик участника или на автобусе. Но я не знаю, кому отдать

опухшие ноги?

Ну, да. В посольстве не дали. Я был в таком отчаянии, что портье сказал: "Я не люблю wpuścicie, они уйдут в прессе и сказать, какие немцы недружелюбными по отношению к людям. Позвольте мне.

Вы говорили по-немецки?

плохо, потому что я забыл.

А ты сказал им, кто он такой?

Ничего я не говорил еще. Я хотела поговорить с этим человеком, то, что я могу сделать различие. В конце концов добрались до посольства секретарь сказал, что происходит вокруг, и я хочу поговорить с послом. Позвольте мне. Этот посол ведет себя как фашист. Он кричал на меня, не пришел, чтобы дать слово. Я сказал ему спокойно. Чего орешь так, но мы не в рейхе, мы находимся в Нидерландах, и долгая война закончилась. Зачем все эти крики. Есть такие и такие вещи, я ранен, у меня есть коллега, еще родственники в Германии, и я должен ехать в больницу. Кстати, я хочу этого семейства для посещения. Он крикнул еще раз: это не идет! Все приходят и просто хотите быть в Германии. Тогда я сказал: я все это в задницу. Я хочу мобильных и окончания действия визы. И вдруг нашел себя чай, кофе, и посол перестала кричать и выдана виза на неделю или две.

не говорил во время этого разговора, что является двукратный олимпийский чемпион?

Я сказал ему, впоследствии, но это не имело значения. Он вовсе не знакомы. Все это произошло страха. Когда-то я назвать несколько долларов, чтобы гульденов, я думал, что они ловить и лечить меня, как шпиона с Востока. Иногда они следовали за мной различных шпионов. В Гонконге я коммунист, что русские и Москва не знаю, кто. Кроме того, местные пуха просто пригодится. Когда я вышел из города, заблудился и не знаю, как добраться до гостиницы. После 2 - 3 часа спустя он пришел ко мне грустный человек и сказал: Иди домой, потому что я не в силах вам летать. Я приняла меня в отель.

Но когда он увидел человека в Германии, разработала мастер красный ковер перед возвращением на родину великим спортсменом из Силезии

Там никто не ждал меня, так что не приветствуется. Во-первых, моя операция делается в больнице Люденшайд. Он уже знал, кто я и дал свою руку, но не рассматриваются в том или ином пути. Хотя я не была застрахована, не платят за работу. Они признали, что олимпийский чемпион, он должен быть. Конечно, больница использовала его для его продвижения по службе, но мое имя не упоминалось. Я спросил, что он не сообщил, потому что как-то информеры пришел из Варшавы и я коснусь. Действительно страшно. Больница директор попросил меня восстановительные работы. Мне дали комнату в доме сестры. Когда я начал зарабатывать, я мог бы привести детей после праздников. Для польского больше не вернулся. Борис был 8 лет и старше, Дариуш - 17). Жена не отпускает, да и после моего отъезда она ежедневно отмечаться в полиции и даже пригрозил ей, что ребенок получает Интерпола.

Сколько времени прошло, прежде чем встретиться с ним состояние всех в Германии?

Два года спустя после моего отъезда. В 1977 году жена вынуждена была продать машину, чтобы купить паспорт, или вам необходимо подкупить любого. На этой машине, прежде чем я получил ваучер. Я пошел за ним, будь то на Терек Ziętka, я не помню. Но деньги за автомобиль зять дал нам, потому что мы не могли себе позволить.

Никогда вас в связи с доходов снимать?

я, но не хочу, чтобы покинуть страну. В первый раз, уже в 1958 году, на чемпионате Европы в Стокгольме. Я занял первое место тут же ко мне подошел элегантный немецкий, назвавшийся активистом в Volkswagen Group. Все, что он знал обо мне и о брате. О немецкого происхождения и даже, что образованные в области механики автомобиля. Предложил мне работу на заводе в Вольфсбурге.

я бы проверить транспортных средств, в соответствии с их образованием и интересами. Конечно, это потребует поездки в Германию, и поэтому, вероятно, нужно снимать в немецких цветов. Я отказался.

победил в 1960 году г-н Лесной стадион в Ольштыне мировой рекорд в тройном прыжке. В качестве первого человека, чтобы победить г-н барьер 17 метров. Он ожидал, что вы?

Это было в августе, менее чем за месяц до Олимпийских игр в Риме. Было душно, siąpił дождь Спидвей трек был мокрый, а давление низкое. Я не хочу отдать все шесть прыжков, я думал о том, что как можно скорее вернуться домой. Ибо там, где Ольштын, где Силезии. Я думал, я брошусь один, два и уйти. Я не верю в хороший результат. Мало того, что условия были ужасными, он по-прежнему тепло здесь, на мой сосок, и она болит. Я бежал слишком медленно. Кроме того, когда я уже собирался прыгать, я увидел лягушку на ходу. Я думаю - подождать, пусть она сама поехала, потому что она непреднамеренно rozdepczę. Но она не хотите сотрудничать. Так что я взял ее переехать на газоне, а затем obsikała мою руку, жаба. Все, что прежде чем прыгать. Так спокойно, что моча, что я засмеялся и пошел не по себе. Я вскочил и 17 метров 3 сантиметра. Мировой рекорд.

После многих лет пребывания в Германии вы вернулись к польскому государству

17

, 1992 г., когда Польша снова стала нормальной. Мы продали дом в Испании, недалеко от Аликанте, и мы поселились возле Дравско Поморское, откуда родители моей жены. Мы купили ферму, породы коз, но это не интересно, потому что никто не хочет продукции. Говорят, что козы вонь, так что их молоко тоже. Козы запах, потому что коза на его территории. Но мясо и молоко очень хорошо и здорово. Сидим тихо, ничего этого нет. Дети готовы внучка живет в Германии. Мы можем туда в любое время, не спрашивая разрешения никто. Мы европейцы же, как и Германия.

Что стало возвращение на государственную

Как что? Мы вернулись домой.

Благодаря Збигнев мэра птица Дравско Поморское за их помощь в интервью.